19.05.2016 386

Л. ТРОЦКИЙ: ...ЗАКЛЮЧАЙТЕ ПОДОЗРИТЕЛЬНЫХ В КОНЦЕНТРАЦИОННЫЕ ЛАГЕРЯ - ЭТО ЕСТЬ НЕОБХОДИМОЕ УСЛОВИЕ УСПЕХА...

Путинская власть уже давно превратила Российскую Федерацию в пенитенциарное учреждение, в котором русский народ является поднадзорным контингентом. Нелояльные режиму и верхушке оккупационной иерархии помещаются в более жесткие условия, то бишь, в тюрьму или как-бы карцер, под условный срок, подвергаются различным преследованиям, которые должны переродить личность в убожество, в недостойную Бога тварь. И поскольку стремления лучшей части поднадзорного русского общества находятся в постоянном непримиримом противоречии с тупорылой массой путинских надсмотрщиков, наделённых правом на насилие, то иностранные государства становятся той самой желаемой Волей, которая при всех своих огромных недостатках хотя бы избавляет от смрадных ЦПЭшных морд. 

И вот на днях мы узнаём, что морды подобное стремление к переезду из РФ рассматривают, как склонность к побегу и намерены «рассмотреть вопрос об установлении запрета на выезд из страны лиц, которые обоснованно подозреваются или имеют непогашенную судимость за экстремистские преступления». Слова эти принадлежат заместителю начальника главного управления по противодействию экстремизму МВД В. Макарову, завсегдатаю «антиэкстремистских» сборищ, на которых всякого рода внучатые племянники Сталина типа Сванидзе делятся соображениями, как им общими стараниями удерживать свою власть и положение в обществе от посягательств тёмных русских масс. 

Надо ли говорить, что «обоснованное подозрение» это нечто вроде «революционного правосознания большевика» и означает развитие репрессий по отношению к русскому населению до полномасштабного террора. Ведь ежу понятно, что подозрение казённых путинских людишек вызываем все мы до одного и до последнего. Очевидно закрытие границ на выезд для ментально чуждого русского элемента с последующим его истреблением должно, по замыслу инициаторов, укрепить конституционный строй. 

Но это лишь полдела. Прост и очевиден вывод, что если путинцы не хотят выпускать из страны подозреваемых в «экстремизме», значит они желают вернуть тех, кто уже уехал. Вернуть для того, чтобы они не возвратились обратно сами и в самый неподходящий момент не стали тем зарядом воли, без которого стотысячная возмущённая толпа граждан превращается в сборище придурков, внимающих клоунессе Татьяне Лазоревой в содружестве себе подобных. Как это было в декабре 2011-го. 

В этой ситуации, когда репрессии усиливаются, а разговоры о революции отдают политической фальшью, многие увидят противоречие. Вроде бы, зачем власти кошмарить политически забитый народ? Поверхностный анализ, а больше желание «пожить» освобождают слабых от необходимости жертвовать, позволяют сменить идеалы борьбы на демагогическую жеванину риторических вопросов. 

То, что революционная ситуация не чувствуется означает ровным счётом только одно – значит она вызревает. Сурков и К это чуют своим врождённым нюхом и поэтому заблаговременно готовятся, устраняя все силы, что могут сыграть фатальную для Путина роль во время неизбежного достижения политической системой РФ точки бифуркации. 

Русский Центр, всегда занимал и будет занимать воинственную позицию по отношению к оккупационной власти. 

На нашей войне мы собираем свою организацию буквально по крупицам, вопреки усилиям государственной российской машины, чьи силы превосходят наши в миллионы раз; зачастую вопреки немощи наших бедных соратников, что вполглаза наблюдают за нами, считая каждый день свои копейки для обустройства какой-никакой жизни в режимной российской зоне. 

Посему все, так называемые, антиэкстремистские инициативы нас не страшат и не являются поводом для уныния.


Необольшевизм


К началу